Языковое выражение

Каждое языковое выражение имеет, по крайней мере, два значения. Вопервых, оно может быть применено в качестве знака некоторой внеязыковой реальности, и тогда говорят, что это выражение употреблено в формальной суппозиции. Вовторых, оно может обозначать самое себя, и тогда говорят, что выражение употреблено в материальной суппозиции. Например, в известной шутке «А. и Б. сидели на трубе. А. упало, Б. пропало. Что осталось на трубе? » ответ «Ничего» будет верным, если «и» в первом предложении употреблено в формальной суппозиции, как обозначение соединительной связи между А. и Б. Но спрашивающий обычно подразумевает материальную суппозицию его применения, т. е. «А., И., Б. сидели на трубе». В этом случае единственно верным ответом будет «Осталось И. ».

Слова, употребленные в формальной суппозиции, относятся к выражениям предметного языка, а употребленные в материальной суппозиции — метаязыка.

Указанная двойственность языковых выражений не создает особых препятствий в общении. Ведь различие между рассматриваемыми суппозициями довольнотаки прозрачное и не может ввести когото в заблуждение. Вряд ли кто примет всерьез, например, следующее рассуждение: «Мышь грызет книжки, а «мышь» — имя существительное, следовательно, некоторые имена существительные грызут книжки». Смешение этих двух значений может стать поводом для шуток. Следует заметить, что выражения, употребленные в материальной суппозиции, на письме обязательно заключаются в кавычки или выделяются курсивом.

Известного математика и кибернетика Уолтера Эшби както спросили, можно ли создать машину умнее человека. На это ученый ответил: «Смотря какого человека. Бывают такие олухи, что и утюг умнее».

В основе шутки ученого лежит способность общих имен употребляться в несобирательном и собирательном смыслах. Задавший вопрос и не подозревал, что употребил имя «человек» в собирательном смысле, как имя человека вообще, имя человеческого рода, приписав, однако, этому роду признак, свойственный человеческому индивиду, — «быть умным». Именно данное обстоятельство позволило У. Эшби парировать вопрос шуткой, в которой имя «человек» он употребил в несобирательном смысле, как имя человеческих индивидов.

Таким образом, помимо указанной выше двойственности общие имена потенциально содержат в себе двойственность, связанную с возможностью их употребления в несобирательном и собирательном смыслах, отличать которые иногда весьма затруднительно.

Сравните, например, два предложения, в которых подлежащим является общее имя «англичане»: «Англичане изобрели паровоз» и «Англичане — европейцы». В первом предложении имя «англичане» употреблено в собирательном смысле, так как оно здесь обозначает англичан как нацию. Поскольку в мире существует только одна такая нация, то она и является единственным десигнатом этого имени. Во втором предложении то же имя обозначает отдельных представителей указанной нации и относится к каждому англичанину. Следовательно, здесь оно употреблено в несобирательном смысле. Таким образом, общее имя, будучи употребленным в собирательном смысле, становится единичным.

Комментарии запрещены.